Матвеев Александр Иванович

Александр Матвеев – поэт прямого стиля. Ему, бесспорно, близка некрасовская лира, он не приемлет никакой игры, главное для него – накал высказывания. Он пускает свои слова по кратчайшему к сердцу читателя пути. В книге «Касалась Муза щёк моих...» это его свойство раскрывается в полной мере и являет нам разные свои грани.

Косяков Павел Иванович

Павел Косяков – поэт космического сознания. Оставляя за спиной противоречия дуального мира, автор в своих новых стихотворениях приглашает читателя в ослепительную будущность, уже стоящую на пороге, окрылённую всеобъемлющим светом любви. Для широкого круга любителей поэзии, не растерявших в себе духовных скреп с мирозданием.

Сорокин Александр Евгеньевич

Чекалкин Леонид Иванович

Чекалкин Леонид Иванович

Чекалкин Леонид Иванович

В новой книге поэта и учёного Леонида Чекалкина представлены, в основном, новые стихи 2019-2020 годов. 

Чекалкин Леонид Иванович

Соляник Николай Ананьевич

Новая книга Николая Соляника поистине многожанровая. Здесь и повесть, и рассказы, и статьи, и очерки, и стихи, и тонко выписанные миниатюры, и, что и отличает опытного литератора, заметки, наблюдения – грани творчества. Свои, неповторимые. Как и неповторимы грани его персонажей...

Ишков Михаил Никитич

Этот роман завершает повествование о историческом процессе в далеком будущем. Первые два «В награду смерть» и «Сталкер -зазнайка» можно прочитать на моем сайте.

…с того момента, как разумные существа научились взрывать звезды,  пришло время для эры Согласия. Установление нового порядка шло трудно, через попытки тех, кто первым овладел этими технологиями, затем была холодная война, разрядка – пока не установилось Галактическое Согласие.

Как раз в этот отрезок вечности, в наши пределы вторглись захватчики издалека. Попытка чужих вторгнуться в Млечный Путь встретила достойный отпор…

Ишков Михаил Никитич

Аннотация 2:

Роман дописан. Сначала, испытывая чувство вины, я решил опубликовать обе версии романа, что, вообще-то говоря, является противоречивым решением.

Потом  решил ограничиться древней мудростью – на что сил хватило, на том и смирись, но оказалось, что автору хватило сил довести до финальной сцены этот непростой для меня текст, пережитый лично, с трудными решениями, разочарованиями и откровением и надеждой на верный ответ (согласие).